Свято - Троицкий собор.
Буэнос - Айрес город, Бразилиа улица.

На протяжении более чем тысячелетнего своего развития Русская Православная Церковь в любых соцально-исторических условиях совершала свою спасительную миссию, храня верность церковным канона неизменно соблюдая чистоту Православия, благотворно влияя на нравственность народа.

Значительной являлась роль Русской Православие Церкви (РПЦ) как во внутренней, так и во внешней политике Русского государства. И эта роль прежде всего сказывалась на взаимоотношениях России с балканскими странами, где вероисповедный фактор был одним из наиболее важных для российской дипломатии. Однако и в других регионах земного шара внешнеполитические интересы русского правительства во много? сочетались с деятельностью Русской Православно! Церкви. Это относится и к деятельности РПЦ в Южной Америке. Изучение вопроса о возникновении там Православия начинается с осмысления проблем славянской и русской дореволюционной эмиграции Е страны этого региона.

К началу 80 гг. XIX в. в Аргентине и отчасти в Уругвае осело довольно много греков и славян, преимущественно далматинцев, сербов, черногорцев. Греки и далматинцы оказали большие услуги Аргентинской республике в создании ее морского и речного флотов и достигли важных постов в морской иерархии. Тогда же начали прибывать в Аргентину арабы-сирийцы, румыны, болгары. Все они, исповедуя Православие, обращали взоры к России - древней покровительнице славянского мира. Отсутствие православных храмов ущемляло их интересы в стране, где господствовало католичество.

Назначение в 1885 г. чрезвычайным посланником при Аргентинской республике крупного русского дипломата Александра Семеновича Ионина означало установление официальных дипломатических отношений между Россией и Аргентиной. А. С. Ионин снискал себе известность в должности генерального консула России в Черногории (1869-82), во многом содействуя политическому возвышению этого княжества2. Человек неординарных взглядов, отчасти славянофил, он был не только дипломатом, но и великолепно владел пером. Его путевые заметки-воспоминания о Южной Америке, переведенные на ряд европейских языков и дважды переиздававшиеся в России, поразили современников глубиной знаний и формой изложения. Именно благодаря А.С. Ионину Православие укоренилось на берегах Ла-Платы.

1 октября 1887 г. местные православные, среди которых оказалось и несколько русских, обратились к императору Александру III с ходатайством об открытии православной церкви в Буэнос-Айресе. При участии А.С. Ионина и обер-прокурора Священного Синода К.П. Победоносцева первая православная церковь в Южной Америке была открыта в Буэнос-Айресе 14 июня 1888 г. с причислением ее к Императорской миссии. А уже в первый день нового, 1889 г., была отслужена первая православная литургия в Южном полушарии. Сразу же было совершено несколько крещений, а затем и бракосочетаний. Однако внешний и внутренний вид церкви, располагавшейся в частном доме в двух тесных и бедных комнатах, совершенно не соответствовал величию русского Православия и отечества.

Деятельность церкви заметно оживилась после назначения в 1891 г. молодого энергичного настоятеля Константина Гавриловича Изразцова (1865 - 1953). Его миссионерская деятельность весьма значительна как в русско-аргентинских отношениях конца XIX -нач. XX в, так и в судьбах белой и послевоенной эмиграции из России в Южной Америке. Благодаря могущественной поддержке, которую ему оказал Победоносцев, К.Г. Изразцов во многом смог реализовать себя.
Сын бедного священника Тверской епархии из села Задорья, по окончании семинарии посланный учиться на казенный счет в Петербургскую Духовную академию, он за отличие в учении был удостоен степени кандидата богословия с правом получения степени магистра. После недолгой преподавательской работы по ходатайству МИДа он был определен псаломщиком в церковь при русской миссии в Гааге, где за усердие рукоположен в сан диакона. А 16 апреля 1891 г. он - настоятель Русской Православной Церкви в Буэнос-Айресе с рукоположением 20 апреля того же года в сан священника.

Увидев состояние храма, настоятель поставил себе целью воздвигнуть в Аргентине Русское Святилище, которое могло бы поднять родное Православие на подобающую ему высоту и дало бы настоящее правильное понятие о чисто русской вере для жителей далекой Южной Америки....
Именно в те годы в Аргентину устремился целый поток переселенцев из России, в подавляющем большинстве евреев. Для аргентинцев же они были русо -русские, разместившиеся в 5-6 кварталах столицы, открывшие на оживленных улицах рестораны, лавки, парикмахерские. И вскоре не осталось ни одной сферы ремесленного труда в Буэнос-Айресе, в которой не было представителей от русско-еврейской колонии7. Нет ничего удивительного в том, что, воспринимая евреев из России как русских, аргентинцы простодушно вопрошали о. Константина о местоположении его синагоги8. Истинный ревнитель русского Православия, о. Константин великолепно понимал, что только создание русского православного храма позволит аргентинцам разобраться, кто есть кто. Тогда Православие явилось бы синонимом не только славянского имени вообще, но и русского в особенности.

А тем временем колония православных в Буэнос-Айресе разрасталась. В 1890 гг Аргентина превратилась в одну из ведущих переселенческих стран. Русское правительство со вниманием относилось к участию Православной Церкви в экономической и политической жизни ла-платских республик. К примеру, в инструкциях командиру русского крейсера Рында особо указывалось на важность сбора сведений об эмигрантах-славянах при посещении им портов Аргентины и Уругвая9. О. Константин также напоминал о необходимости учреждения постоянно действующей русской миссии в Буэнос-Айресе с особым, отдельным представителем, так как посланник в Аргентине одновременно был и посланником в Бразилии. И действительно, назначенный в 1895 г, на место А.С. Ионина новый русский посланник М.Н. Гире решил перенести свою резиденцию из Рио-де-Жанейро в Буэнос-Айрес.

В начале своей деятельности о. Константин столкнулся с немалыми трудностями, и прежде всего - с финансовыми. Гире поддержал проект о. Константина по созданию русского храма в Буэнос-Айресе. В своих донесениях министру иностранных дел кн. А.Б. Лобанову-Ростовскому российский посланник был действительно поражен благотворным влиянием, бесспорно оказываемым нашей церковью на православных, проживающих в Аргентине.

Вскоре при церкви открылась церковно-приходская школа. Стремясь укрепить Православие в Аргентине, о. Константин в конце 1894 г. в Церковных ведомостях высказывался о необходимости поддержать строительство храма и вскоре уладил юридическую сторону вопроса. Был приобретен и участок земли для этой цели. Будучи в 1897 г. в России в отпуске, священник призвал к общенародной благотворительности для построения храма в далекой Аргентине: распространял воззвания, произносил проповеди в различных городах, более всего в Москве, самолично собирал пожертвования.

Новый государь Николай II не только дал аудиенцию о. Константину, не только расспросил его о положении Православия в Аргентине, но и пожертвовал на богоугодное дело из своих средств 5000 руб. На церковь пожертвовали и вдовствующая императрица Мария Федоровна, и ряд других особ императорской фамилии. Среди крупных жертвователей - о. Иоанн Кронштадтский, П.П. Боткин, Д.Ф. Самарин.

6 декабря 1898 г. в праздник Святителя Николая Чудотворна, архиепископа Мирликийского, в присутствии дипломатического корпуса и представителя президента Аргентины была заложена церковь в Буэнос-Айресе. А 23 сентября 1901 г. Свято-Троицкий храм с престолами во имя Святого Николая Чудотворца и Марии Магдалины был торжественно освящен при большом стечении народа, в присутствии дипломатического корпуса, российского поверенного в делах, президента республики Хулио Роки, ряда министров и высшей администрации Буэнос-Айреса. Приветствуя собравшихся, о. Константин подчеркнул, что Православная Церковь всегда молится о мире для всего мира, молится о соединении всех братской любовью, об изобилии плодов земных в этой гостеприимной стране, желая ей мирного жития. Воздав многолетие всем аргентинцам и президенту, о. Константин отметил, что присутствие па освящении храма представителей разных наций и вероисповеданий в этот знаменательный для православных день особенно приятно. Все ведущие столичные газеты с похвалой отозвались о призывах русского священника, рекомендуя их и другим священнослужителям. Появление русской церкви в Аргентине рассматривалось общественностью как укрепление русско-аргентинской дружбы.

Церковь была воздвигнута на красивом месте в историческом центре города. До застройки прилегающих кварталов была видна издалека ее русская архитектура, но особенно поражали ее внутренние красота и убранство. Храм был построен в стиле московских церквей XVII века в два этажа (внизу - приходская школа). Ее расписывали художники В. Беляев. В. Павлов, Г. Нестеров, А. Рябушкин; венецианская мозаика была подарена академиком И. Фроловым. Фирма Кузнецова изготовила уникальный фарфоровый иконостас. Афонские старцы пожертвовали святые мощи. Русский православный храм стал известен всем и каждому в Буэнос-Айресе великолепной архитектурой (проект крупнейшего аргентинского архитектора того времени, племянника русского консула А. Кристоферсона), редкостными отделкой и украшениями.

В начале 1900 гг. роль храма при российской миссии в Буэнос-Айресе стала особенно значимой. Преемник Гирса А.Н. Шпейер возвратил резиденцию в Рио-де-Жанейро, и только Православная Церковь так или иначе представляла интересы России в Аргентине, а также оказывала помощь православным подданным Российской империи. После 1905-06 гг. начался массовый выезд из России в Аргентину не только евреев, но русских и украинцев.

В 1906-13 гг. русская эмиграция в Аргентину выросла в 3 раза по сравнению с предшествующим 20-летием и составила 120 тыс. человек, заняв третье место в иммиграционном потоке из Европы после итальянцев и испанцев. В начале XX в. Аргентина превратилась во вторую после США страну, куда направлялся основной поток эмиграции из России.
Страдая от незнания языка и отсутствия помощи со стороны официальных лиц, толпы русских в Буэнос-Айресе вынуждены были ночевать в парках и пустых трамвайных вагонах. И если бы не церковь, то русским пришлось бы умирать с голоду буквально на улицах.

Поскольку храм числился за русским дипломатическим представительством, то о. Константин Изразцов, как старейшина дипломатического корпуса, осуществлял не только русскую официальную власть в Буэнос-Айресе, но и русскую духовную и культурную миссии. Единственный в католической стране женатый священник, о. Константин создал при церкви ячейку действительно русской колонии: открыл потребительскую лавку и приют для нуждающихся, вел сборы денег в пользу бедствующих и помогал желающим вернуться в Россию, организовал бесплатную читальню и культурно-просветительский кружок для русских рабочих, любительский хор и драматическую труппу, которые не раз выступали публично и с большим успехом.

В годы I мировой войны Русская Православная Церковь стояла на страже интересов империи, посильно помогая далекой родине, содействуя возвращению в Россию эмигрантов, пожелавших с оружием в руках защищать родную землю. Февральский переворот и последующие революционные события расстроили взаимоотношения православной общины Буэнос-Айреса с новыми властителями в Петрограде. Уже в апреле 1917 г. о. Константин был отстранен Временным правительством от занимаемой должности секретаря дипломатического отдела Российской миссии в Буэнос-Айресе.
Октябрьский переворот, гражданская война и белая эмиграция, разрушение религиозной жизни в СССР не могли не сказаться на положении РПЦ в Аргентине. Она перешла в подчинение Архиерейскому Синоду Русской Православной Церкви за границей. В начале 20 гг. в Аргентину, Бразилию, Чили, Парагвай и Уругвай стали прибывать белые эмигранты: бывшие офицеры и нижние чины Врангелевской армии, православные священники, бежавшие из советской России, купцы, помещики, журналисты, молодые русские инженеры, успевшие после окопов гражданской войны получить образование в Пражском университете. Подавляющая часть русской белой колонии считала, что все истинно русское, национальное варварски уничтожается большевиками, и ставила своей целью вырастить молодое поколение в истинно русском духе.

К 1920 гг. приход Троицкого храма в Буэнос-Айресе стал исключительно русским, так как к тому времени арабы и греки организовали свои собственные приходы.

Душой и настоящим пастырем русских людей, выброшенных за тридевять земель, стал о. Константин, и именно вокруг храма сплотилась белая колония. О. Константин создал Общество взаимопомощи для инженеров и техников, принимал самое деятельное участие во всех культурно-просветительских и политических акциях белой эмиграции, финансировал все эмигрантские объединения и организации в начале их деятельности.

До второй мировой войны собственно православная церковь в Буэнос-Айресе была центром политической жизни белой эмиграции. К.Г. Изразцов являлся ее ярким представителем и выразителем, - много позднее вспоминал об этом времени Г. Бенуа, более 25 лет проживший в Аргентине. О. Константин, ставший к тому времени протопресвитером и Администратором Русских Православных Церквей в Южной Америке (1926 г.), не забывал и о духовных запросах соотечественников, очутившихся в сопредельных с Аргентиной государствах. Его усилиями был открыт ряд православных церквей в других странах Южной Америки.

Что же касается Буэнос-Айреса, то, кроме главного храма на улице (виа) Бразилиа, в аргентинской столице было создано несколько приходов, вошедших в Большой Буэнос-Айрес: кафедральный собор в северной части города (на сооружение его иконостаса внес пожертвования и дед С.С. Мамонтова), церковь в районе Кильмес - зоне проживания русских казаков, украинцев, поляков, литовцев, церковь в Темперлей, еще одна церковь Всех святых земли русской в Каселаре и, наконец, церковь преп. Сергия Радонежского в Вилья-Бальестерс. При приходах были созданы школы, библиотеки, издательства, дома для престарелых.

К моменту нападения Германии на СССР среди русской белой эмиграции в Аргентине начали нарастать просоветские настроения. Этому способствовала деятельность Славянского Союза. Церковный же приход в Буэнос-Айресе остался непримиримым врагом всего красного. Любопытен такой эпизод. В начале войны СССР с Германией генерал А.В. Шварц, возглавивший просоветскую часть русской колонии, потребовал, чтобы о. Константин отслужил молебен о победе русского оружия, но священник отказался на том основании, что служить молебен о даровании победы Советам, разрушающим храмы, нельзя. И он отслужил панихиду по погибшим православным русским воинам Красной армии.

В ходе II мировой войны Сталин был вынужден перейти на патриотические позиции; под давлением союзников было разрешено восстановление патриаршества (1943 г.). Это способствовало тому, что часть эмиграции порозовела. Так, стараниями бывшего председателя Славянского Союза П.П. Шостаковского удалось открыть в Буэнос-Айресе небольшую церковь, подчиненную уже Московской Патриархии.

(Те, кто сохранял верность Московской Патриархии, посещали храмы Константинопольского и Антиохийского Патриархатов вплоть до 1947 г., когда был учрежден Благовещенский приход и построен небольшой храм Благовещения Пресвятой Богородицы, ныне кафедральный храм Аргентинской епархии Московской Патриархии). Но престарелый о. Константин Изразцов не доверял переменам в сталинском СССР, считая их или фикцией, или временной уступкой советской власти религиозным чувствам верующих во время войны с Германией. Остаток своей жизни он посвятил организации вызовов в Южную Америку перемещенным лицам по линии американского Красного Креста. В Аргентину ехали не только военнослужащие власовской армии, но и белые эмигранты из Югославии, вся вина которых состояла в том, что они когда-то служили в Добровольческой армии, советские граждане, угнанные в Германию, и советские военнослужащие, побывавшие в плену, и более реально, чем некоторые старожилы русской колонии в Аргентине, представлявшие, что ждет их на Родине. Так о. Константин спас от ГУЛАГа не одну тысячу бывших советских граждан. В 1948 г. Хуан Доминго Пероп, президент Аргентины, издал указ о приеме в страну 10 тысяч бывших советских граждан. Сделал он это по просьбе о. Константина.

В 1951 г. Троицкая община отпраздновала 50-летие со дня освящения храма. По этому случаю при входе в церковь была помещена доска с памятной надписью: 1901 -1951 гг. От общин России, Сирии, Ливана, Югославии, Греции, Болгарии, Чехословакии и Румынии.

О. Константин скончался в 1953 г. и был погребен при входе, справа от лестницы, ведущей в верхний храм. Через 2 года здесь обрела упокоение и матушка о. Константина - Елена Иосифовна Бухэй (1859 -1955). У могильной плиты надпись: Сия гробница была сделана по особому разрешению президента республики Аргентины генерала Хуана Доминго Перона.

Вблизи гробницы о. Константина - памятная доска, установленная в 1967 г., к 50-й годовщине октябрьского переворота. Надпись на доске гласит: Светлой памяти императора Николая II, Мученика, вождей и воинов добровольцев Белых Армий за честь Родины - за Россию Великую Единую неделимую, против большевицкой власти меч поднявших. РОВС (Русский Общевоинский Союз. - Авт.), Буэнос-Айрес. 1967 г. В 1969 г. в Буэнос-Айрес прибыл архиепископ Леонтий (1904-71) (Русская Православная Церковь за границей), перемещенный сюда из Сан-Пауло (Бразилия). До того, как попасть в Южную Америку, будущему владыке пришлось испытать многое - гонения на Церковь в 20-30 гг., голод на Украине, арест и тюрьму, наконец, немецкую оккупацию и скитания по разоренной вой-пои Европе28. С 1946 г. он возглавлял Парагвайскую кафедру, в 1953 г. епископ Леонтий был назначен в новообразованную Чилийско-Перуанскую епархию, а в 1967 г. его перевели в Бразилию.
В 1969 г. он прибыл к новому месту служения - в Аргентину, где находилась самая многочисленная на континенте русская колония. Но именно это и создавало серьезные проблемы, так как среди соотечественников были люди различных политических и религиозных взглядов. Немало было людей, настроенных просоветски или проамерикански, а также далеких от церковной жизни. Русский писатель Н. И. Сахновский так описывает жизнь владыки Леонтия в тот период: Тяжело сложились обстоятельства жизни епископа, а затем архиепископа Леонтия в Южной Америке. Его искренние недоумения, слишком прямые высказывания, трудность освоиться с образом мышления многих лиц приводили к взаимному непониманию и недоверию, а это, в свою очередь, не могло не отражаться на положении владыки.

Раз установившееся мнение меняется с трудом. Многие годы пришлось владыке Леонтию бороться со всякими трудностями в Чили, где он сумел создать то, чего не смогли сделать многие другие, имевшие гораздо большие возможности. Но во время гонений и мук, которые ему пришлось претерпеть в совдепии, он находил опору и сочувствие в среде верующих. Там было все ясно: были мы и они. В Чили было трудно, бедно, но было и верное стадо, укреплявшее своим постоянным участием дух жертвенности доброго пастыря. Самое же тяжелое началось только в декабре 1969 г., когда владыка был назначен на аргентинскую кафедру. Ни ангельское долготерпение, ни незлобивость и любовь, с которыми владыка прибыл в Буэнос-Айрес, не смогли перебороть ни перед чем не останавливающихся людей. Владыка возлагал много надежд на предстоящий тогда Собор епископов и готовил к нему доклад. Сердечное заболевание требовало отдыха и лечения, но приступ не прекращался. Владыке стало лучше, когда совершенно неожиданно для всех любивших его, 2 июля 1971 года, владыку нашли скончавшимся в его опочивальне.

В настоящее время (2001 г.) столичную кафедру возглавляет епископ Александр, Буэнос-Айресский и всея Аргентины (РПЦЗ). В стране насчитывается 12 приходов, из них 3 прихода - в провинции Мисьонес, где издавна селились выходцы из России. Самая южная община - в курортном городке Барилоче, у подножия Анд. Эти 12 приходов окормляет всего 5 священников, им приходится часто разъезжать по стране. Настоятель Свято-Троицкого собора в Буэнос-Айресе - о. Валентин периодически посещает православные приходы в сопредельных странах: Парагвае и Уругвае.

Родом о. Валентин из-под Пинска. В 1937 г., когда будущему пастырю было всего полтора года от роду, родители вывезли его в Аргентину из тогдашней Польши. У него - два сына; оба в священном сане. Один служит в Чикаго, другой - в местной общине Буэнос-Айреса. Вся жизнь о. Валентина прошла в аргентинской столице. Он еще помнит те времена, когда близ храма ходили трамваи. Теперь в Буэнос-Айресе трамваев пет вообще; о них напоминают лишь рельсы, вросшие в мостовые некоторых улиц.

В храме богослужения совершаются по субботам (всенощная), по воскресеньям (литургия) и по праздникам. В обычный субботний вечер за богослужением присутствует около 10 человек. Среди посетителей -любопытствующие аргентинцы в шортах и туристы, привлеченные непривычным для них видом православного храма в католической стране. Однако на Рождество и на Пасху сюда собираются все прихожане 100-120 человек. Объявления, висящие при входе в храм, исполнены на двух языках; одно из них может вызвать чувство умиления: Продавать в ограде храма пирожки нельзя согласно церковным правилам. Перед оградой - нельзя согласно городским правилам. Можно по согласованию с церковным советом, но после богослужения и при условии, что стояли всю службу.

К началу 1990 г. православная община в Аргентине была расколота на две части: просоветскую и монархическую, которые были настроены непримиримо по отношению друг к другу. В результате настойчивой работы российских дипломатов удалось убедить их, что родина у них одна - Россия и делить им в новой России нечего. Так, в 1996 г. в российском посольстве был организован прием по случаю Рождества Христова, на который впервые вместе пришли представители и одной, и другой частей общины.

Одним из лидеров монархистов был Иван Солоневич, автор многих трудов, в частности, книги Народная монархия. Основной лозунг монархистов сегодня - После падения большевизма только Царь спасет Россию от нового партийного рабства. В общину входят русские, родившиеся в эмиграции. Они очень интересуются всем, что происходит в России, поддерживают связи с российским посольством. А в прежние времена они не общались с советскими дипломатами, да и тем было запрещено любое общение с зарубежниками.

Текст http://nature.web.ru

Добавить фото Редактировать страницу