Сайт - Оф. сайт Китаевский пустынницкий скит.
Свято-Троицкий мужской монастырь (Китаевская пустынь).
Двенадцати Апостолов храм.
Киев город, Китаевская улица, 15.

Древняя твердыня славян.

В то далекое время, когда славянские племена еще не были просвещены верой Христовой, а поклонялись языческим идолам, здесь, в Китаевском урочище, на правом берегу Днепра, существовало поселение полян.

Первые поселения в Корчеватом, Китаево, Голосееве появились еще в эпоху меди-бронзы и раннего железного века (III-ІI тыс. до н. э.). К V-VI векам историческая наука относит время возникновения союзов славянских племен, одним из которых был союз полян. Тогда возникло поселение, положившее начало Киеву. Вскоре Киев стал центром Полянского княжества, объединившего славянские племена в единое государство Киевская Русь.

На высоком холме (40 метров над уровнем Днепра) поляне-язычники построили городище общей площадью 2,22 га. Место было настолько удобным, что городище это продолжило свое существование и в христианские (великокняжеские) времена. Тогда, как известно, стала быстро развиваться торговля, происходил культурный обмен, особенно со странами Востока. В то же время, жизнь наших предков постоянно подвергалась опасности со стороны кочевых тюркских племен, совершавших частые набеги на богатую Киевщину. Они убивали, грабили и уводили в плен людей, которых затем продавали на невольничьих рынках Кафы и Боспора. Для защиты от внезапных нападений в Китаево была создана система фортификационных сооружений (три линии валов и рвов). Таким образом, к естественной сложности рельефа, испещренного ярами и балками, которые разделяли территорию городища на пять отдельных площадок, прибавились искусственные укрепления. Южнее Китаевского городища возник наибольший из существующих в окрестностях Киева курганный могильник - свыше 400 насыпей. Он состоит из трех групп курганов, разделенных между собою валами. По мнению археологов, датирующих самые ранние здешние находки Х веком, одна группа захоронений – это могилы воинов-защитников поселения, две другие – это, скорее всего, погребения мирных жителей. Ныне курганы поросли вековым лесом.

Археологические изыскания в урочище, начатые еще во второй половине ХIХ века, привели исследователей к выводу о значительной роли Китаевского городища в истории Древней Руси. К этому подводит и географическое положение пункта – на пересечении торговых путей, рядом с рекой, на южной окраине Киева, первой встречавшей нападавших печенегов, половцев. А.Д.Эртель, отводил городищу в Китаево роль именно того пункта, который назван в летописи “Куява”, и обычно связывается с Киевом. Киев, по версии Эртеля, возник позднее Китаево. Китаево же, утратившее свое значение, передало его Киеву вместе со своим именем.

У подножия городища, на противоположном берегу ручья, бегущего со стороны Феофании и впадающего в Днепр, по результатам археологических исследований, в VIII-IХ веках возникло поселение-посад. К ХI-ХIII векам оно растянулось вдоль берега ручья на 1,5 км. и заняло площадь около 40 га. Если Китаевское городище после монголо-татарского нашествия ХIII века было разорено и заброшено, то посад у подножия холма не прекращал своего существования.

О происхождении названия пустыни "Китаевская".

Из глубины веков до наших дней дошло название Китаевского урочища, а холм, в недрах которого некогда был пещерный монастырь, стали величать Китай-горой.

Тюркское по происхождению слово “китай” буквально переводится как “крепость”, “укрепление”. В этом значении оно довольно часто употреблялось в старину.

Кроме того, китами, как известно, называли длинные жерди, которыми обносили укрепляемое место. Возможно, что используя их при строительстве описываемого городища, жители назвали последнее “китаевским” в значении “огороженного китами”.

Еще одна версия происхождения топонима встречается в “Описании Киева”, составленном Николаем Закревским. В 1159 году князь Андрей-Китай Юрьевич Боголюбский (прозвище князя “Боголюбский” происходит от названия села Боголюбово возле города Владимира-на-Клязьме, где была его резиденция) дал Киево-Печерскому монастырю грамоту на ставропигию, начинавшуюся словами: “Се аз великий князь Китай, нареченный во святом крещении Андрей Юрьевич…”. Эта строка косвенно подтверждает предание, согласно которому местность Китаево называется так от прозвища этого князя – “Китай” (“Крепость”), данного ему за крепость сложения или за воинскую доблесть. Предание гласит, что здесь (в Китаево), на северной горе, он “выстроил загородный дом для удовольствия и отдохновения от беспрерывных браней, коими он утвердил отца своего [Юрия Долгорукого – О.К.] на Киевском престоле”. Причисленному к лику святых князю Андрею Боголюбскому, известному щедрыми дарами в пользу Церкви, приписывается и основание лаврской пустыни вблизи упомянутого загородного дома.

Архитектурный облик Китаевской пустыни

Пещеры, братские лаврским в духовном отношении и сходные – в архитектурном плане, составляют неотъемлемую и древнейшую часть архитектурного ансамбля Свято-Троицкого монастыря “Китаевская пустынь”. Территориально они расположены на восток от остальных монастырских сооружений и отделены от них живописными прудами. Будучи вырыты на глубине 3-4 метров от поверхности Китай-горы, в общем монастырском ансамбле пещеры занимают возвышенное положение. Вход в них венчает деревянная часовенка, возведенная в 1995 году. Ее предшественница, построенная в 1909 году экономом пустыни архимандритом Феодосием, не уцелела до наших дней. В ту пору на южном склоне горы, снизу и до самого входа в пещеры рос монастырский виноградник, почему и саму гору часто называли “Виноградной”. К пещерам ведут от подножия холма ступени, также устроенные после возобновления монастыря. Небольшой мостик (земляная плотина) через водоем – связующее звено между пещерами и остальными постройками пустыни.

Начало пустыни положено при архимандрите Киево-Печерской лавры Елисее Плетенецком.

Елисей Плетенецкий был архимандритом Лавры с 1599 по 1624 годы. Происходил из шляхетного рода. В 1595 году стал архимандритом Лещинского монастиря в городе Пинске. На этом посту его застала Брестская уния. Подмена сути Православия была очевидна, и деятельный, высокообразованный иерей Елисей Плетенецкий повел борьбу против введения унии всеми возможными средствами. После смерти Никифора Тура, он был избран архимандритом Киево-Печерской Лавры. Елисей Плетенецкий стал укреплять позиции Православия, создавая его опорные пункты – новые церкви, скиты, монастыри. Так, на небольшом участке посада в Китаево возник отшельнический скит. Сюда могли приходить иноки, не желавшие оставаться в монастырях, ставших униатскими. Елисей Плетенецкий очень своевременно занялся внутренним переустройством монастыря, выводя его на уровень, соответствующий положению Лавры как главного идеологического центра православия на территории, вошедшей тогда в состав Польши. В первую очередь, он восстановил общинножительство по чину Василия Великого. Затем обратил внимание на необходимость создания школ, которые ничем не уступали бы западноевропейским. В его игуменство в Лавре устроена типография и бумажная фабрика, начато издание литературы просветительного, полемического характера. Елисей Плетенецкий помогал восстанавливать рушившиеся церкви, монастыри, при нем появлялись новые цитадели православия, среди которых Китаевская пустынь, Вознесенский женский монастырь, построенный на земле, принадлежавшей Лавре, напротив ее Святых врат (при Петре Первом, в связи с сооружением Печерской крепости, женская монашеская община была переведена на Подол, где воссоединена с общиной сестер Флоровской обители. Ныне - Свято-Вознесенский Флоровский монастырь). Архимандрит Елисей Плетенецкий преставился в 1624 году. Перед смертью он принял великую схиму. Был похоронен в Успенском соборе Киево-Печерской лавры. Все его начинания продолжил лаврский архимандрит Петр Могила (в 1625 году Петр Могила принял монашеский постриг в Лавре; в 1627 году стал ее архимандритом; с 1632 года – Киевский митрополит; почил в 1647 году, похоронен в Успенском соборе Киево-Печерской лавры).

Во время Северной войны со шведами, в 1706 году Киев посетил Петр Первый, видевший необходимость построения здесь новой крепости. Обстановка относительно стабилизировалась лишь спустя десять лет.

Тогда, в 1716 году, по благословению архимандрита Иоанникия Сенютовича, началось основательное строительство в Китаево. Жалованной грамотой 1719 царь Петр Алексеевич подтвердил права Киево-Печерской лавры на владение возобновленной пустынью. В упомянутом документе говорится: “…построенный вновь на земле Печерской обители в 1716 году монастырь Малой Китаевский урочища Китаевского, которая земля в крепостях Троицкого больницкого монастыря приналежна, который монастырь построил Губернатор наш киевский князь Дмитрий Михайлович Голицын внесть при других в сию Нашу Великого государя жалованную грамоту и данную Киевской канцелярией выпись принять здесь в канцелярию коллегии иностранных дел…”. Киевским генерал-губернатором Д. Голицыным в пустыни была сооружена деревянная церковь во имя преподобного Сергия Радонежского.

Китаевская пустынь была родственна по духу Сергиевой обители, и не случайно здесь возвели престол Преподобного Чудотворца Сергия Радонежского. При церкви тогда же устроили трапезную и кельи. Территорию монастыря обнесли оградой. В ней имелось двое ворот, одни из которых, как известно, находились возле плотины. Все сооружения в ту пору были деревянными. В Китаево стали определять братию, желавшую пустынножительства.

Когда все строения монастыря были деревянными, огонь поистине воплощал в себе и жизнь, и смерть. Пожар, случившийся в 1757 году уничтожил кельи и трапезную, сильно пострадала тогда Сергиевская церковь. Однако уже в документах за 1758 год упоминается новая трапезная церковь во имя Трех Святителей – Петра, Алексия, Ионы. Вслед за тем, Лука Билоусович (архимандрит Лавры с 1752 по 1761 годы) обратился в Святейший Синод за разрешением на строительство каменной церкви в Китаево. Соответствующий императорский указ вышел 28 августа 1760 года, а следующим за ним указом от 21 июля 1763 года разрешалось “второй придел пристроить”. Церковь c приделами Прп. Сергия Радонежского – с южной стороны и Св. Димитрия Ростовского – с северной возводилась уже при следующем архимандрите, Зосиме Валькевиче (архимандрит Лавры с 1762 по 1786 годы) на пожертвования киевлян.

21 августа 1763 года на месте обветшавшей Сергиевской церкви блюститель Дальних пещер, иеромонах Тимофей заложил новую каменную церковь. Руководил строительством известный лаврский “каменных дел мастер” Степан Ковнир (1695-1785). Около трех с половиной лет ушло на возведение храма в Китаево. 28 мая 1767 года он был освящен во имя Пресвятой Троицы.

Крестовокупольный Троицкий храм в Китаево восходит в своей конструктивной системе к византийским образцам, и отступает от распространенной схемы лишь в том, что имеет не один купол, открытый во внутреннее пространство, а два (второй над алтарем). Четыре внутренних несущих столпа делят пространство храма на три продольных нефа почти одинаковой ширины.

Убранство храма решено в стиле барокко. Резной позолоченный иконостас был изготовлен для него предварительно, еще в 1759 году. Иконы писались в Лаврской

6 августа 1853 года, согласно указу № 2365 Высокопреосвященного владыки Филарета (Амфитеатрова), Китаевская пустынь стала именоваться Свято-Троицкой. Тогда главный Троицкий храм основательно отремонтировали и надстроили еще три купола, превратив его в пятиглавый.

Художник И. Шептованый, совместно с лаврскими мастерами, заново расписал интерьер храма. В 1874 году, при начальнике Китаевской пустыни игумене Герасиме, был позолочен резной иконостас.

К концу XIX века храм несколько обветшал: просели фундаменты, в стенах и сводах появились трещины. К тому же, он уже не вмещал многочисленных паломников. Поэтому в 1892 году храм был основательно перестроен киевским епархиальным архитектором академиком Владимиром Николаевичем Николаевым (1847-1911). Только в Киеве он спроектировал и построил 18 церквей и еще не менее 30 храмов – в провинции. Во время реконструкции В.Н.Николаевым Свято-Троицкого храма были усилены фундаменты, стены укреплены контрфорсами, а пол выложен чугунными плитами, снятыми при ремонте в Успенском соборе Лавры.

Более чем в полтора раза увеличилась площадь церкви. С западной стороны сделана большая пристройка с разбором части существовавших стен. Однако при этом был уничтожен пышный барочный лепной портал главного входа.

В 1900 года в тамбуре церкви были установлены четыре голландские печи, и стало возможным проводить богослужения в любое время года.

В августе 1941 года, во время тяжелых оборонительных боев под Киевом, артиллерийским огнем были повреждены крыша и купола Троицкой церкви. После войны ее долгое время не ремонтировали, использую к тому же здание церкви для хозяйственных нужд. Как следствие, в середине 1950-х годов купола обрушились. Воцарившееся запустение влекло, казалось, неизбежную гибель храма. Между тем, Троицкая церковь была включена в перечень памятников архитектуры республиканского значения, и общество охраны памятников истории архитектуры сумело, наконец, добиться выполнения реставрационных работ. К юбилею Киева, который праздновался в 1982 году, храм был восстановлен. Но внутри он оставался в состоянии руины, с завалами битого кирпича, с осыпавшейся со стен и сводов штукатуркой. Только в начале 90-х годов ХХ века приступили к воссозданию интерьера Троицкой церкви. При этом из уцелевших фрагментов прежней живописи оставили образы архангелов Михаила и Гавриила.

После ремонта, в 1992 году храм открылся как приходской. Тогда был установлен четырехъярусный иконостас, выполненный по проекту архитектора Р.Быковой на основании описаний иконостаса ХVIII века, который пропал еще в довоенные годы.

Еще в начале ХХ века паломники заходили на главное подворье Троицкого монастыря через Святые врата, устроенные в нижнем ярусе колокольни, и сразу попадали на улицу, ведущую к собору во имя Пресвятой Троицы. Парадный вход был решен в виде триумфальной арки с четырехколонным дорическим портиком.

Надвратная колокольня строилась на протяжении 1829-1837 годов. Ее проект разработал городской архитектор Андрей Меленский, который в 1824 году подобным образом реконструировал колокольню Флоровского женского монастыря. Превалирующим архитектурным стилем этого времени был классицизм, и все строения Меленского подчинялись его основным правилам. Излишняя пышность декора, присущая барокко, сменилась торжественной строгостью нового стиля, которому вполне соответствовала колокольня Троицкого монастыря в Китаево. Высота китаевской колокольни составляла 47 метров. Мелодичный перезвон колоколов Китаевской пустыни был слышен далеко за ее пределами. В 1932 году воинствующими безбожниками Надвратная колокольня монастыря была разобрана на кирпич.

Одновременно с колокольней, на главном монастырском подворье под руководством Богданова был построен кирпичный одноэтажный корпус, вытянутый вдоль улицы Китаевской. Он включал теплую трапезную церковь Святых Двенадцати Апостолов (в 1852 году ее расписал художник Г.Малявский), хлебню (пекарню) и кухню. До конца ХIХ века, пока Троицкий собор не отапливался, богослужения в зимнее время проводились в трапезной церкви. В советский период церковь Свв. Двенадцати Апостолов, как и Троицкая, использовалась в хозяйственных целях.

С южной стороны ансамбль монастыря замыкали кельи, первоначально стоявшие вплотную к колокольне. В 1843-44 годах на их месте был построен каменный двухэтажный Братский корпус по проекту П.Спарро (в эти годы епархиального архитектора). Рядом с ним в 1894 году возвели так называемый “новый дом” – каменный двухэтажный корпус с кельями для пребывающих на покое в Китаевской пустыни старцев - монахов и священников.

В 50-е – 70-е годы того же столетия были построены одноэтажный дом настоятеля, три жилых корпуса, баня. Весь архитектурный ансамбль обнесли не сохранившейся до нашего времени кирпичной стеной с Экономическими воротами в виде арки. Таким образом, было создано тихое, защищенное пристанище для монахов и паломников. Практически все здания обители оказались размещенными по периметру монастырского двора, имеющего форму неправильного шестиугольника. Отовсюду открывался вид на храм Пресвятой Троицы – центр, вокруг которого обращалась жизнь монастыря.

Нынешний вход на бывшее главное монастырское подворье со стороны улицы Китаевской мало приметен. Ориентиром может служить не так давно устроенная рядом с ним иконная лавка.

Хозяйственные здания монастыря, начиная со второй половины ХIХ века, строили на противоположной стороне Китаевской улицы. Так образовался хозяйственный двор обители, где размещались конюшни, погреба, свечной завод и прочее. В начале ХХ века его называли “дворец”.

Здесь же были два лечебных корпуса – Старый госпиталь, построенный вдоль улицы в 1867 году по проекту иеромонаха Евкарпия (инженера Наумова), и Новый госпиталь – построенный в 1871 году по проекту инока Игнатия. Последний располагался в глубине двора. Он представлял собою одноэтажный деревянный корпус, обложенный кирпичом. В нем пребывали убеленные сединами лаврские старцы.

В 1904 году к Новому госпиталю (богадельне) с восточной стороны была пристроена каменная, прямоугольная в плане с трехгранной апсидой, церковь во имя прп. Серафима Саровского. Ее освятили в том же году, 7 октября по благословению митрополита Киевского Флавиана, который пожертвовал на богоугодное дело 3 000 рублей. Это было знаменательное событие для пустыни, залог того, что именно здесь будут соблюдаться заветы древнего иночества, укрепляемые такими столпами православия, которыми стали на Руси прп. Сергий Радонежский, Святитель Димитрий Ростовский и прп. Серафим Саровский – великие чудотворцы, молитвенники, приумножившие опыт иночества.

Церковь во имя прп. Серафима Саровского выполнена в так называемом “парафиальном” стиле – в котором, по предписанию Синода, с конца ХIХ века строились храмы в провинциальных городах и селах всей Российской империи. Некогда на восточной стене ее, снаружи, был написан масляными красками образ Богородицы “Всех скорбящих Радость”. В советский период эта церковь была превращена в клуб. В 2000 году над ее алтарной частью поставили скромный шатровый купол. Поскольку Свято-Троицкий храм ныне является приходским, церковь во имя прп. Серафима Саровского стала главным храмом монастыря.

В северной части хозяйственного двора в 1898 году по проекту академика В.Николаева был построен трехэтажный кирпичный жилой дом для братии. На фасаде здания, выходящем на улицу, сейчас помещены мемориальные доски в память о погибших во Второй мировой войне.

Одновременно с упомянутым жилым корпусом было построено двухэтажное каменное здание для свечного завода. Оно включало мастерскую, кухню, тринадцать жилых комнат и подвал. Имелся также водопровод.

Во дворе свечного завода стоял одноэтажный каменный жилой дом с трехкомнатными квартирами и кухней. Отопление в нем было печное. Напротив фронтона заводского здания размещались две кладовые – одноэтажные каменные сооружения, крытые железом.

Кроме того, в удаленных от основного подворья садах и на пасеке тоже имелись жилые и хозяйственные постройки. К примеру, на китаевской пасеке стояли деревянный одноэтажный корпус садовников с пятью комнатами и кухней, основательный омшанник (помещение для зимовья пчел), медоварня, два сарая (один – с каменным подвалом) и кладовка.

В инвентарной описи хозяйственных построек лаврских пустыней помимо сторожек, упомянуты еще и “караулки”. Видимо, в спокойное мирное время охрана Свято-Троицкого монастыря в Китаево была достаточно надежной.

Монастырское кладбище

Возрождение обители в 90-е годы ХХ века началось с восстановления священных могил.

В Китаевской пустыни с 1786 года хоронили преимущественно почивших священнослужителей и монахов, но допускалось и захоронение людей недуховного звания. Надписи на чугунных могильных плитах надолго сохраняли имена, а иногда и послужные списки умерших.

К северу от Свято-Троицкого храма был разбит сад, где до 1870 года погребали братию Лавры. Известных граждан города тоже могли хоронить на кладбище в монастырской ограде.

Всего же, у северной, восточной стен храма и внутри его находилось более ста захоронений. Сведения о многих из них сохранились в архивах.

Ныне братия Свято-Троицкого монастыря собирает сведения о подвижниках благочестия, память которых должна быть восстановлена так же, как и стены обители.

В 60-70-х годах ХIХ века недалеко от Китаевской пустыни, по дороге на село Круглик, был устроен погост с церковью Преображения Господня, где после закрытия кладбища на подворье Троицкой церкви стали хоронить монахов Киево-Печерской лавры. При церкви поселился вначале только причт. Место получило название Преображенского скита. Со временем, число проживавших тут монахов увеличилось; стали появляться новые деревянные и каменные строения, в том числе и своя пекарня. Так образовалась Преображенская пустынь. Она была закрыта в 1924 году. Ее место надолго занял дом отдыха ученых.

Произошло это так: в 1921 году, когда все монастырское имущество, кроме храмов, перешло в ведение Губземотдела, эта организация решила устроить в Преображенской пустыни свой санаторий. Для определения подходящего помещения туда направили государственного служащего П.И.Троцкого. В его задачу входило составление полной описи имевшихся строений. В Лавре, и в самой Преображенской пустыни верно оценили действия властей как попытку вообще выселить монахов. Вначале Земотдел потребовал освободить для санатория 15 комнат и, чтобы как-то ослабить бдительность проживавшей в пустыни братии, предлагал выделить из ее числа человека, которому можно было бы поручить заведование хозяйственной частью. Зная негативное отношение руководства Земотдела к монастырю и, в то же время, не имея возможности отстоять Преображенскую пустынь, лаврская братия решила, что будет лучше передать свои бывшие помещения общественной организации, а именно – Комитету по улучшению быта ученых. Тогда представители лаврской общины повели переговоры с названным Комитетом об устроении в пустыни дома отдыха научных работников. Такое соседство с людьми образованными, интеллигентными позволило бы, по мнению братии, продолжить в стенах монастыря богослужебную практику. В результате Преображенская пустынь стала местом отдыха ученых. Однако надежды черноризцев не оправдались. Политика советской власти продиктовала свои условия, и вскоре новые соседи полностью заняли территорию бывших хозяев. В 1924 году настоятель Лавры уже обращался в секцию научных работников с просьбой о разрешении погребать монахов на Братском кладбище Преображенской пустыни

Всего в Китаевской пустыни насчитывалось несколько сотен захоронений, доныне сохранилось лишь около десяти. Окончательно кладбище было уничтожено в 1960-70-х годах.

В 2000 году Свято-Троицкий мужской монастырь “Китаевская пустынь” получил в свое распоряжение участок земли под кладбище. Насельникам еще предстоит его благоустроить.

Неугасимая лампада

Современная жизнь монастыря пребывает в постоянной духовной связи с прославленными старцами пустыни – преподобной Досифеей (†1776 г., память 25 сентября/8 октября); Христа ради юродивыми: преподобным Феофилом, иеросхимонахом (†1853 г., память 28 октября/10 ноября), преподобным Паисием, лаврским рясофорным монахом (†1893 г., память 17/30 апреля), Вассианом (слепым), иеросхимонахом (†1827 г.), подвижником благочестия юродивым Иоанном Босым (†1855 г.); схиархимандритом Феофилом (†1996 г., память 22 марта). В них – духовная основа Свято-Троицкого монастыря “Китаевская пустынь”.

Пример полного предания себя воле Божьей через непрестанную молитву явила миру преподобная Досифея. Многие годы провела она в строгом уединении в пещере на Китай-горе.


Прп. Досифея, в миру – Дарья Васильевна Тяпкина, родилась в 1721 году в богатой и знатной семье рязанских дворян. Когда девочке было два года от роду, родители взяли ее с собой в Москву на богомолье. Там навестили монахиню женского Вознесенского монастыря Порфирию – родную бабушку Дарьи. Порфирия уговорила родителей оставить ей девочку на воспитание. Годы проведенные в обители, уже в детстве сделали Дарью настоящей монахиней, и когда, по исполнении девяти лет, она вернулась в отчий дом, светская жизнь оказалась совершенно неприемлема для нее. В 15-летнем возрасте Дарья услышала разговоры родителей о том, что пора подыскивать дочери жениха. Девушка, которая тогда уже твердо решила стать монахиней, бежала из дому. Боясь что ее могут узнать и вернуть обратно, Дарья постригла волосы и переоделась в мужскую одежду. Так пришла она в Троице-Сергиеву лавру, где назвалась беглым крепостным, желающим стать черноризцем. Примером ей послужили спасавшиеся в мужских монастырях под именами Марин и Измарагд прп. Мария (пам. 12/25 февраля) и прп. Ефросинья Александрийская (пам. 15/28 февраля и 25 сентября/8 октября – в тот же день, что и у прп. Досифеи).

В постриге ей тогда отказали, но позволили остаться на послушании.

Прошло три года. Родители Досифеи приехали в Москву помолиться о том, чтобы Бог открыл им место пребывания любимой дочери. Когда они были в Троице-Сергиевой лавре, и стояли в церкви у солеи, Дарья часто проходила мимо них, зажигая и гася свечи. Сестра Дарьи первой узнала ее, и указала матери. Через знакомого иеромонаха родители передали, что хотят поговорить с нею. Услышав это, Дарья поспешно собрала свои пожитки и бежала в Киево-Печерскую лавру.

Снова назвавшись беглым крестьянином, она обратилась с прошением о постриге в монашество к архимандриту Лавры Иллариону Негребецкому. О просителе было доложено митрополиту Рафаилу Заборовскому, который согласился принять у себя “крестьянина Досифея”, и, побеседовав с ним, был удивлен его умом и образованностью. Правительственный указ тогда запрещал брать беглых крестьян в монастырь. Но, желая помочь человеку, так ревностно желавшему монашества, возможно, сам митрополит Рафаил указал Дарье на Китаевскую пустынь, где, руководствуясь примером преподобных печерских, можно было жить в молитвенном уединении.

Придя в Китаево, Дарья решила поселиться в пещере на горе. Своими руками она вырыла келью невдалеке от существовавших уже пещер, чтобы не пользоваться плодами чужих трудов, и стала вести отшельническую жизнь. В то время было много спасавшихся таким образом и никто не обратил на нее особого внимания. Несколько лет провела Дарья под именем Досифея в этой пещере, питаясь лишь хлебом и водою, которые приносил ей монах из обители. На Великий пост она затворялась наглухо. Говорили, что Досифея никогда не зажигала огня в пещере. Со временем ее подвиги стали известны в Киеве – видимо, наставления старицы помогли многим мирянам, побывавшим у нее.

В делах Киево-Печерской лавры за 40-е годы ХVІІІ века встречается запрос о том, у кого исповедуется и причащается жительствующая при Китаевской пустыни Досифея. Это коротенькое упоминание может свидетельствовать как о популярности ее в народе, что повлекло, в свою очередь, уточнение образа жизни китаевской отшельницы, соблюдения ею церковных таинств, так и о том, что в Лавре и в Китаевской пустыни знали о Досифее как об отшельнице, и никак не заблуждались, видя в ней мужчину. Последнее мнение распространилось после публикации жизнеописания “рясофорного монаха (девицы) Досифея”, составленного в ХІХ веке священником Владимиром Зноско. Фактически, кроме этого автора никто больше не пытался подробно проследить биографию прп. Досифеи. Его повествование легло в основу всех, имеющихся на сегодняшний день справок о китаевской подвижнице. Не составляет исключения и данное описание. Однако, следует заметить, что автор записок о прп. Досифее не приводил ссылок на документы, касающиеся именно самой подвижницы, и, похоже, пользовался в своей работе, как основным источником, устными преданиями. В результате, благодаря священнику Владимиру Зноско, собран очень интересный материал о Досифее и некоторых других киевских подвижниках благочестия, но многие приведенные автором факты требуют на сегодняшний день уточнения.

В 1744 году, когда широко распространилась слава о старице Досифее, отшельницу пожелала увидеть императрица Елизавета Петровна. Тогда, специально для нее были устроены деревянные ступени, ведущие на гору. Между Досифеей и пришедшей к ней царицей состоялась долгая беседа. Когда же Елизавета узнала, что столь мудрая и крепкая верой подвижница так и не рукоположена в рясофор, пожелала оказать ей в этом содействие. На следующий же день, в присутствии императрицы, Дарья приняла монашеский постриг с именем Досифеи.

Прощаясь, царица подарила Досифее кошелек с золотыми монетами и еще 1000 рублей – на благоустройство Китаевской пустыни. Прп. Досифея равнодушно отдала подаренные ей червонцы крестьянину, принесшему на гору еду, и тот отнес их в Духовный собор Лавры. Деньги эти пошли на строительство нового храма в Пирогове, как отмечено в книге священника Владимира Зноско.

Вскоре вышел правительственный указ “отшельникам не быть нигде”, и лаврские старцы перевели прп. Досифею на Дальние пещеры. Там она и поселилась. Послушник Феофан приносил еду в келью Досифеи. Старица стала его духовным наставником. Не раз довелось Феофану быть свидетелем ее прозорливости. Так, однажды, прп. Досифея попросила принести себе херувимского ладана. Положив его в келье, она раздавала этот ладан приходившим к ней людям, благословляя и наказывая хорошо покурить ладан в своем дворе, поскольку вскоре ожидается страшное несчастье. В конце 1770 года в Киеве случилась моровая язва, унесшая многие жизни. Старожилы рассказывали, что те люди, которые взяли у Досифеи ладан, остались невредимы.

Спустя пять лет после описанного события, прп. Досифея стала просить архимандрита Зосиму Валькевича о возвращении ее в Китаево. Получив на это благословение, она снова очутилась в излюбленном месте, и стала жить в отдельной келейке на берегу ручья.

В 1776 году в Киево-Печерскую лавру, поклониться святым мощам пришел 17-летний юноша из Курска. Был это Прохор Мошнин – в будущем прп. Серафим Саровский. Имея желание принять монашеский чин, он хотел перед тем получить духовное наставничество в Киеве, где преподобными Антонием и Феодосием Печерскими было положено начало иночеству на Руси. Обходя святыни древнего города, беседуя с его жителями, Прохор узнал о подвижнице Досифее, которая обладала даром предвидения. К ней, в Китаево, направился юноша, чтобы испросить указания места для своих духовных подвигов. Прп. Досифея благословила его идти в Саровскую обитель (недалеко от Арзамаса), где он стал прославленным Угодником Божиим. В Свято-Троицком монастыре “Китаевская пустынь” хранятся поручи и епитрахиль великого старца, прп. Серафима Саровского.

Когда прп. Досифея почувствовала, что приблизился конец ее земного пути, она призвала своего ученика Феофана и дала ему наставление идти в Соловецкий монастырь, где, впоследствии, Феофан так же стал знаменитым подвижником († 26 июля 1819 г.).

Перед самой смертью, Досифея вышла из затвора и, опираясь на палку, обошла все кельи, прощаясь с братией. На следующее утро Феофан пришел к старице, но она уже была мертва. Прп. Досифея скончалась, стоя на коленях перед иконою, 25 сентября 1776 года, на 56 году жизни. В руке ее нашли записку: “Тело мое приготовлено к напутствованию вечной жизни; молю вас, братия, не касаясь, предать его обычному погребению”.

Так и было все сделано, как завещала старица. Похоронили ее в Китаевской пустыни, возле северной стены Свято-Троицкой церкви. На могиле вскоре поставили характерный для своего времени памятник в стиле барокко, в виде черной гробницы. К сожалению, он был уничтожен в советское время. Сейчас установлено простое бетонное надгробие.

В ХIХ веке Свято-Троицкий монастырь так же прославился духовными подвигами его насельников, среди которых следует особо помянуть блаженного Феофила (Фому Горенковского), обладавшего даром прозорливости и чудотворений.

Родился он в семье священника, в городе Махнове Киевской губернии. К семи годам остался круглым сиротою, но, опекаемый Церковью, был зачислен в начальные классы Киево-Могилянской академии. В 1810 году из Академии его направили на должность дьякона в город Чигирин, однако из-за недостаточных голосовых данных, перевели оттуда пономарем в Обухов. Через два года Фома Горенковский вернулся в Киев и стал послушником Братского монастыря. 11 декабря 1821 года принял постриг, получив монашеское имя Феодорит. Со временем, он стал экономом Братского монастыря. Но душою желал пустынножительства и просил отпустить его в село Лесники под Киевом, где, по преданию, еще преподобный Феодосий Печерский проводил время постов. Однако в подобном затворничестве ему было отказано, и тогда он решился на особо трудное подвижничество – подвиг юродства Христа ради. 9 декабря 1834 года принял схиму и был наречен Феофилом.

По воспоминаниям современников, академическое руководство не принимало “грязного, оборванного монаха Феофила”, но паломники ежедневно шли к нему и глубоко почитали старца, прославившегося своими пророчествами. Последние годы жизни, с 1849 года, схимонах Феофил провел в Китаевской пустыни. Часто навещал его здесь, будучи еще ребенком, вместе со своей матерью, Владимир Шепелев – преподобный Алексий († 1917 г.). Володе старец предсказал, что получит он сан иеромонаха и станет великим лаврским подвижником.

Для духовных бесед с прп. Феофилом приходил в Китаево рясофорный монах Киево-Печерской лавры Паисий († 1893 г.). Со временем, он также принял тяжелейший подвиг юродства Христа ради, многие годы провел в Китаевской пустыни и удостоился быть причисленным к лику святых. В Китаево похоронена мать Паисия, Мария.

К известнейшим пророчествам прп. Феофила относятся предсказания основания Преображенской пустыни Киево-Печерской лавры и Свято-Троицкого Ионовского монастыря.

На месте могилы угодника Божьего, преподобного Феофила, где когда-то лежала бронзовая плита, теперь - бетонное надгробие. Мощи прп. Феофила почивают в южном приделе Свято-Троицкого храма. Немало исцелений свершилось после смерти старца († 1853 г.), “ибо многие недужные и болящие, для которых бессильна была помощь человеческая, вразумляемы были в сновидениях, прибегнув к молитве блаженного Феофила и по своей вере удостоились получить исцеление”.

Помянем так же иеросхимонаха Вассиана (слепого). В миру – Василий Балашевич – он родился в 1745 году в городе Погаре Черниговской губернии. В молодые годы дал обет принять монашеский постриг, однако, исполняя волю родителей, женился. Вскоре овдовел и с двумя маленькими дочерьми переехал в Киев. Только когда старшая из них вышла замуж, а младшая ушла в Киево-Флоровский девичий монастырь, в 1793 году он стал послушником Киево-Выдубицкого монастыря.

21 июня 1799 года Василий принял монашеский постриг и наречен был Вавилою. Сначала его назначили экономом Киево-Софийского митрополичьего дома, затем, 14 декабря того же года, новый митрополит Гавриил Бонулеско-Бадони перевел Вавилу на должность казначея в Ржищевский Преображенский монастырь. 4 марта 1800 года он был рукоположен в иеродьяконы, а 22 июля – в иеромонахи.

В 1802 году о. Вавила принял схиму под именем Вассиана. Пять лет он был духовником в Китаевской пустыни. А в 1807 году полностью ослеп, и тогда его перевели в Никольский Больничный монастырь при Лавре. “Редкий из посещающих Лавру, прослышав про благодетельное и богоугодное житие старца Вассиана, не приходил к нему за советом и утешением”. 1 июня 1816 года, будучи в Киеве, имел длинную беседу со схимником будущий император Николай Павлович. Осенью того же года к нему в келью пришел Александр I. Император исповедовался старцу и подарил ему наперсный крест украшенный бриллиантами. Вассиан перед своей кончиной его передал в лаврскую ризницу. Знаменитый старец преставился 25 апреля 1827 года, и был похоронен возле церкви Рождества Богородицы в Лавре.

В пустыни погребен известный подвижник благочестия юродивый Иоанн Босой (Иван Григорьевич Ковалевский). Он родился в 1807 году в семье киевских мещан. Начало его ж

Добавить фото Редактировать страницу